Психиатрическая клиника
ментальный андеграунд
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Психиатрическая клиника > Тавтологические дебри




пятница, 15 октября 2010 г.
Что же будет вчера? Psychotherapist 17:01:50

В ваших глазах мелькает удивление… Кажется, я слишком давно не заходил к вам.

Но это один из тех бесчисленных случаев, когда не остается более ничего, кроме как созерцательно развести руками и, отойдя в сторонку и подняв голову к равнодушным небесам, ловить капли дождя, среди которых затеряется непрошеная слезинка.
И ваш покорный слуга не стал счастливым исключением из этого в высшей степени несправедливого, но априори неминуемого правила, как вы понимаете… Но не будем об этом, иначе я из-за комка в горле не смогу говорить. Хотя нам с вами не так уж это и важно, правда?

И вот я уже покидаю мою родную клинику и окунаюсь с головой в полумрак осеннего вечера; в воздухе витает аромат палых листьев и выстиранных смирительных рубашек, сквозь дрожащие от холода кроны и безликую муть проглядывают последние осколки летнего неба. Я замедляю шаг, взрываю ногами неубранную кучу листвы и мелких веток, распахиваю глаза как можно шире, стараясь вобрать в себя все это, и даже чуть больше.
В такие моменты больше всего хочется как-то приостановить свой безумный бег по жизни и оглядеться, вдохнуть, наконец, восхитительность этого мира и стечь по одной из его кристальных граней со скоростью капли насыщенного пара; пропустить его сквозь себя, раствориться в нем…
В груди невольно сжимается: я понимаю, что если проведу вот так еще несколько мгновений, то просто врасту в асфальт и никогда больше не сдвинусь с этого места, просто не смогу. Выдрав себя из лап созерцательного отупения, я возобновляю путь, стараюсь уже больше ни на что не смотреть – иду, пошатываясь, словно опьяненный зашкаливающим градусом этого буйства красок.

- Док? Вы ли это? – доносится до меня чей-то голос, и мне кажется, что он исходит откуда-то из глубин пространственной трещины, чуть ли не из самого безвременья… Уж не заболеваю ли я?

Подробнее…- Вы меня, конечно, не помните, - тепло и слегка печально улыбается обладательница этого голоса, так неожиданно возникшая передо мной, - Меня это не удивляет. Вы всегда говорили, что только так и стоит помогать людям: когда запоминаешь человека, исцеленного тобой, это больше похоже на самолюбование…

Несколько секунд я изучаю ее лицо с живыми черными глазами и, наконец, признаю, что я, видимо, схалтурил:

- Вы та, что кланялась животным, верно?

Она кивает утвердительно, говорит, что это, однако, в прошлом, хотя животные ей и сейчас кажутся воплощением чистой силы, выше слез, выше разума.

- Ничто не берется из ниоткуда и не исчезает в никуда, - обобщаю я, - Но ведь вас ничего кроме этого не тревожит?

- А вот вы сами взгляните, - она берет меня за руку, тянет сквозь подворотню в какой-то дворик с детской площадкой; усевшись на лавочку, она выжидательно складывает руки на коленях, - Я постараюсь, чтобы вы не сильно запачкались.

Я нагибаюсь, уперев руки в колени и придвигаясь к ее масляным глазам, параллельно кое-что припоминая о ней. Она, быть может, в силу своего возраста, почти не способна быть равнодушной к происходящему. Я лечил ее довольно давно, но тогда уже я заметил, что эта девушка смотрит на мир глазами умудренного опытом ребенка, того самого, чьими устами говорит истина. Помнится, с ней я ощущал свою голову кастрюлей с дрожжевым тестом, содержимое которой, вспучиваясь и приподнимая плотно закрытую крышку, переваливается через край.

И вот я уже снова ввинчиваюсь к ней в сознание; снова кружево миров и калейдоскоп звездных скоплений, снова уши накрываются вакуумным колпаком, сквозь который, как ни странно с точки зрения физики, проклевываются слова, строчки: On his face is a map of the world… A map of the world…
И если присмотреться и прислушаться к тому месту, где я оказался, то становится ясно, что других слов и другой музыки быть просто не может , и не спрашивайте, почему: в той области, где я работаю, - не психологии даже, но в области психоделии, - этот кажущийся вам логичным и обоснованным вопрос равносилен попытке разделить на ноль…

Земля этого нового места кажется пористой, почти что живой, топкой – ступив, я сразу же проваливаюсь и увязаю почти по грудь. Я безуспешно порываюсь дернуться и выкрутиться, мой взгляд внезапно падает на кучку прохожих, которые с грацией лесных нимф порхают над этой разжиженной грязью, почти не касаясь ее ногами.
Я машу руками, ору, призывая их на помощь, но те немногие из них, до кого долетают мои трели, смотрят меня с непонимающей полуулыбкой; некоторые замирают на пару мгновений, другие, пожав плечами, просто проходят мимо.

Я уже почти слышу треск своих ребер: грудную клетку сдавливает, словно тисками. Барахтаясь, я неожиданно улавливаю уже знакомый мне голос моей пациентки: «Вы все-таки способны мыслить, док.»
Кое-как повернув голову, я успеваю заметить ее, по шею завязшую в этой предательской почве, а в следующую секунду в глаза и рот мне заливается бурая жижа, и для этой реальности я уже потерян…



- Именно так я это себе и представляла, - задумчиво говорит она.

Я стою напротив нее, чувствуя струящиеся по телу потоки грязи; по мере остывания ее на ветру меня начинает пробирать дрожь.

- Что значила ваша последняя реплика? - стуча зубами, спрашиваю я.

- Я часто задумывалась… - помедлив, начинает она, - Нет, не так. Я слишком часто задумывалась, глядя на всех этих людей вокруг, и всегда невольно поражалась, как им удается быть настолько счастливыми, имея при этом так мало. Они радуются низменным, казалось бы, проявлениям материальности, смеются шуткам, не трудясь до конца вникнуть в их смысл; каждое их слово – пошлость, каждая мысль – посредственность, однако они могу себе позволить говорить и думать так, потому что другие люди думают и говорят то же самое. Понимаете меня?

Сколько раз я уже видел этот взгляд, полный мучительной надежды. Сотни лиц, тысячи глаз, но взгляд – всегда один и тот же.

- Пока, боюсь, не совсем, - произношу я свой от раза к разу повторяющийся ответ, - Вы несколько отдалились от того, с чего начали.

- Так вот, вы знаете, почему счастливы все эти люди? Их счастье – в их глупости. В мелкоте их суждений, в преступном пофигизме душ, - она вскакивает с лавочки и начинает мерить шагами землю, смешанную с песком, - Они способны быть счастливыми, потому что их никогда не терзали вопросы, что мешают спать по ночам таким как вы, я и еще горстка мыслящих людей. Потому что когда начинаешь задумываться, задаваться вопросами бытия, себя в этом мире и мира в тебе – теряешь покой; изматываешь себя поисками какой-то полумифической истины, ключа к абсолютному, вечному счастью; понимая несовершенство привычной нам действительности и себя, как части этой действительности, постепенно сходишь с ума от невозможности как-то исправить это. И в какой-то момент начинает казаться, что земля вот-вот уйдет из-под ног, просто откажется носить тебя, посмевшего усомниться…

Замолчав, она смотрит на меня долгим взглядом глаз-маслин, я же медленно и ритмично покачиваю взад-вперед головой, выражая согласие со всем высказанным и тем, что осталось за пределами слов.

Мы вместе покинули тот тесный дворик; коснувшись на прощание моего плеча, она растворилась в сумрачном переплетении улиц. Я знал, что вряд ли снова увижу ее, но не задержал ее – пошел противоположной дорогой, ловя глазами свою растрепанную тень, выныривавшую в расплывчато-белых пятнах света от фонарей; резким порывом ветра с меня сорвало капюшон, мои спутанные кудри рассыпались по плечам.

- Тебя тоже мучает ощущение недосказанности? – спросил я у ветра, - Скажи мне, что бы ты предпочел, будь ты простым смертным: быть счастливым в своей ограниченности, или же мыслить и истязать себя поисками полупрозрачного, но вечно сияющего счастья?



Поймав ваш взгляд, я долго вспоминаю, что только что собирался сделать, затем открываю вашу историю болезни и чему-то улыбаюсь себе под нос.

- Я думал… - отвечая я на ваш немой вопрос, - Я, пожалуй, слишком много думал.



Подкаст 30_Seconds_To_Mars__­From_Yesterday_music­_ardor_ru.mp3 ( 04:08 / 9.5Mb )

Категории: Тавтологические дебри
комментировать 89 комментариев


Психиатрическая клиника > Тавтологические дебри

читай на форуме:
Вспышка точка свет
.
ПРОЧИТАЛА, НЕ ОТВЕТИЛА, И ВЫШЛА ИЗ...
пройди тесты:
кто ты из винкс
Ты в Акацки (Хидан) ( задание)
...
читай в дневниках:
/bloodborne
/family

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх